Вспомните, как вы в очередной раз пересматривали свой взгляд на выполнение какой-то позы или действия, и говорили себе, что наконец-то поняли. Если это случилось хотя бы пару раз, то уже можно экстраполировать и сделать вывод, что конца этой смене определений и парадигм не будет. Одним из главных выводов для преподавателя должен стать такой. Не нужно накладывать свое текущее видение деталей на текущее видение студента – и первое, и второе переменчиво. В чем мы больше можем быть уверены – тристана, три элемента, важные с самого начала и всегда. Следя за правильным дыханием, за “человеческим” взглядом, общей безопасностью асаны студента и следуя методу виньясы, преподаватель может уменьшить влияние своих личных предубеждений и идей на Майсор-классе.

Как раз наблюдение за опытными учителями (особенно Шаратом) помогает освоить подход минимально необходимого вмешательства на практике. В этой заметке Ольга делится свежими впечатлениями от посещения лондонского интенсива известного сертифицированного учителя, Джона Скотта. Обратите внимание на подход Джона с этой точки зрения.


На прошлой неделе, наконец, попала на интенсив с Джоном в Лондоне – это после нескольких неудачных попыток, когда за 3 месяца до семинара получала сообщение «Регистрация на данное мероприятие закончена, оставьте свои данные для листа ожидания». Джон – автор одной из первых книг по Аштанга Йоге на английском языке, с предисловием от основателя направления, Паттабхи Джойса (https://www.amazon.co.uk/Ashtanga-Yoga-John-Scott/dp/1856751813). Эта книга до сих пор в списке «учебников» для учителей и практиков аштанги (сама книга заслуживает отдельной заметки).

Джон работает с маленькими группами до 15 человек, при этом с ним 4 помощника, которые уже много лет преподают Майсор в Лондоне. Практика, конечно, началась с чантинга, после чего мы удобно устроились в Падмасане и Джон предложил найти внутреннюю энергетическую ось в позвоночнике. Наше тело несет кармический груз, который «переклинивает» позвоночник назад в том случае, если мы «живем в прошлом», или выпячивает грудную клетку, если мы стремимся поскорее оказаться в будущем. Аштанга помогает нам найти эту ось в настоящем моменте.

Практика началась с замедления дыхания – на вдохе это оказывается сделать проще, чем на выдохе, выдох требует более интенсивной активации Мула и Уддияна бандх.
В первый день мы почти все начали практику с Первой серии. Джон при этом просто носился с безумной скоростью по студии, поправляя наши Триконасаны и Маричасаны. Он как-то технично ловит на «Сапта» – чтобы через стойку на руках перевести на «Аштау» в виньясе (прыжок из Собаки вперед). У Джона такая интересная привычка подбегать в середине позы и спрашивать, на какой по счету виньясе ты находишься. Подход Джона к Виньяса Краме (счету виньяс) – это вообще отдельный разговор. Мы все знаем, что в аштанге для каждой позы, а также перехода из одной позы в другую, установлено определенное количество вдохов и выдохов (Первый Сурья Намаскар – 9 виньяс, Второй – 17 виньяс, Капотасана – 15 и т.д.). У Джона практика аштанги – это медитация на счете и качестве дыхания. Каждая асана начинается с Самастхити – нулевой позиции и проходит через цикл вдохов и выдохов, с возвратом в нулевую точку. Каждая асана – это событие, жизненная стадия – например, в Первой серии «стадии» в основном анатомические и геометрические, типа Джану Ширсасаны («головы к колену»), Бхуджапидасаны («сжатия плеч»), с несколькими исключениями, типа Гарбха Пиндасаны («позы эмбриона») или Курмасаны («позы черепахи»). Во Второй серии – сплошные насекомые, рептилии и прочая живность – «лягушка», «цапля», «верблюд»… До Третьей серии я пока не добралась – это в планах на будущее…

Джон считает, что по тому, как мы двигаемся, можно проследить нашу карму и опыт прошлых лет. Например, Паттабхи Джойс даже в 90 лет передвигался с легкостью ребенка, и даже слегка напоминал этакого крупного ребенка – у него очевидно к тому времени уже не оставалось «плохой» кармы ….

Единственный доступ к нашему сверх-сознанию и духовной составляющей – через наше же тело (другими вариантами природа не наделила!). Физическое тело состоит из энергетических каналов «нади», и узелки в этих каналах затрудняют обмен энергией между физическим и тонким телом. Первая серия, «йога терапия» буквально укрепляет физическое тело. Бесконечные наклоны вперед излечивают желудочно-кишечные заболевания, а также проблемы с дыхательными путями, эндокринной системой и т.д. (это подробно расписано в книге «Йога Мала» Паттабхи Джойса).

Вторая серия – это работа с очищением нервной системы. Я на своем опыте убедилась в этом. Как только начала практиковать Вторую серию, заполучила ночные кошмары (обычно сплю, как камень – мой старший сын по ночам просыпался, поэтому выработалась привычка засыпать мгновенно и крепко – когда такая возможность удавалась). А уж когда мне в первый раз показали Капотасану, летала во сне, даже скровати падала, что в последний раз случалось в подростковом возрасте.

К слову о прогибах. В «Йога Мале» дается подробное описания всех поз Первой серии, но отсутствует Урдхва Дханурасана, или «мостик». Оказывается, когда-то в далеком прошлом «мостик» новички не практиковали (но это тоже отдельная дискуссия).

Но вернемся к Джону. Первое, что бросилось в глаза – Джон просто как ястреб, одновременно следит за каждым из 15 студентов и, когда нужно, инструктирует в процессе или подбегает, чтобы подальше заправить плечо под ногу в Дви Пада Ширсасане или «подчистить» Капотасану. При этом он помогает как-то совсем безболезненно. В той же Капотасане, в которой я уже мысленно приготовилась к страданиям и боли под лопатками, я поняла, что опоздала со своим испугом, и все уже давно на месте: руки обхватывают ступни, а верхушка головы – на полу, при этом чувствую себя просто по-идиотски комфортно, с удовольствием бы так еще минут 10 порастягивала позвоночник. Корректировки у него просто волшебные, а выглядит это как будто у него такая игра – довольно быстро бегать по студии и поправлять студентов.

У меня своя версия по поводу Джона – я занималась с несколькими учителями, и не потому что мы с ними «не сработались», а потому что, живя в Лондоне (или, скажем, в Москве), приходится учитывать такие факторы, как местонахождение студии относительно места работы и проживания, часы работы и время класса в студии и т.д. При этом, конечно, самое эффективное обучение – с тем учителем, который меня хорошо знает – что требует определенного постоянства… На мой взгляд, учителя аштанги сделаны из какого-то другого теста – все серьезно относятся к «яме» и «нияме», мяса не едят, студии в «лунные» дни закрывают, не рассказывают в течение часа о смысле жизни, а вместо этого технично помогают войти в медитативное состояние и сфокусироваться в настоящем моменте – на дыхании и асане.

Что касается Джона, он как-то заметил все особенности моей практики в течение первого получаса, при том, что у него еще 14 таких, как я. И вообще, просто уверена, что он – телепат, что не так уж и удивительно, если учесть, что йоги исторически отличались сверхъестественными способностями – включая остановку дыхания на продолжительное время, телекинез, выход из собственного физического тела, а также все прочее из области научной фантастики.

У Джона руки скульптора, как если бы студенты были сделаны из глины. Он – перфекционист и как-то критически относится к расслабленным коленям или носкам или наоборот слишком напряженной Триконасане, слишком большому выгибу назад в Вирабхадрасане А. В каждой позе он ищет тот самый баланс между мышечным напряжением и синхронизацией дыхания, когда асана становится стабильной и естественной. Но практика, скорее, похожа на игру – Джон любит подразнить: «А вот так сможешь, или кишка тонка?»…

К вопросу о традиции, у Джона очень традиционная версия Аштанги – видимо вот так обучал Паттхаби Джойс своих первых студентов (very old school!), но при этом виньясы он слегка модифицирует! Например, в Урдва Дханурасане после первых трех подъемов с пола, через Чакрасану, начинаем новую виньясу с поднятием рук вверх на «экам», приседанием на «две», встаем, вытягиваем сцепленные как в Прасарите руки вверх на «трини», «чатвари» – наклон вперед, вес на ладони, «панча» – вес переносится на ноги и сразу уходим в мостик, «шат» – обратно на ноги. Практически все происходит на одном дыхании – просто сказка!… Немного гимнастический подход, с использованием скорости, но помогает!…

В пятницу с утра я ужаснулась, когда поняла, что это, увы, последний день семинара! Пять дней пролетели безвозвратно, но как только в субботу утром добралась до мата, поняла, что я так привыкла, и так люблю Первую серию под счет и с замедлением дыхания!

Автор: Ольга Губа