Саша продолжает радовать нас историями из жизни йога-зоопарка! -_-


[wptab name=’Йога – это…’]

Однажды Лисичка решила выяснить, что такое йога.

– Йога – это удовольствие! – сказал ей Сверчок.

Он занимался йогой уже целый месяц.

– Йога – это жизнь, а жизнь есть страдание, – вздохнул Ёжик.

Он занимался йогой год.

– Йога читта вритти ниродха, – сказала Зебра.

– Тапас свадхъяя ишварапранидхана, – на всякий случай добавила она.

Зебра занималась йогой два года и семь месяцев. И вскоре собиралась праздновать 1008-й день от рождества практики.

– Йога – это… – сказал Лемур и подзавис.

Лемур вот уже семь лет занимался только медитацией. В традиции Начикетаса, известной только ему.

– Йога – это соблюдение ямы и ниямы, – сказал Леопард.

– А поподробнее, – попросила Лисичка.

– Яма в Индии не только этический кодекс, которому следует йогин, но и имя Бога смерти, – сказал Леопард.

– Так что йога – это подготовка к смерти, – добавил он.

– Добрый совет – в следующую жизнь возьми с собой капотасану, – шепнул Лисичке на ухо Леопард .

– Просто капотасана – это всё, что ты сможешь взять с собой, – добавил он и загадочно улыбнулся.

Лисичка хотела спросить еще мнение Ричарда Фримана, который занимался йогой 50 лет. Но Бобер объяснил ей, что Леопард это и был Ричард Фриман.
[/wptab]
[wptab name=’Йогой под Откос’]

Бурундук сделал несколько приветствий солнцу. Бабочка наблюдала за ним, скептически щелкая семечки.
– Я думала, ты сойдешь с ума только на старости лет, – заметила Бабочка.
– Будь ты ученым, я бы сказала, что ты опередил время, – продолжала издеваться она.
– Дорогая, это всего лишь йога, – сказал Бурундук и перешел к позам стоя.
Бурундук и Бабочка были друзьями детства. Первые 30 лет всё было хорошо. А потом Бурундук купил коврик, и йога пустила его жизнь под откос.
– Кто твой учитель? Антилопа Гну? – спросила Бабочка.
– Мой учитель – Бобер, – сказал Бурундук.
На Утхита Хаста Падангуштасане Бурундук схватил большой палец своей ноги, и Бабочка снова не выдержала.
– Болезнь явно прогрессирует, – констатировала Бабочка. – Интересно, когда ты забудешь мое имя?
– Дорогая, поверь, я еще никогда не чувствовал себя так хорошо! – сказал Бурундук.
– Плохой, очень плохой симптом, – вздохнула Бабочка. – Надо срочно идти к врачу, пока ты еще сам можешь ходить.
– А пойдем лучше вместе к Бобру, – предложил Бурундук.
От неожиданности Бабочка проглотила семечку и согласилась. Вместе с ковриком Бабочка купила табличку «сарказм», но это не помогло.
Йога все равно пустила ее жизнь под откос.
[/wptab]
[wptab name=’Бог асан’]
Однажды Бурундук спросил Бобра после капотасаны:
– Учитель, для чего Бог соединил душу с телом?
Бобер ничего не ответил, лишь поскреб подбородок.
Однажды Львёнок спросил Бобра после экапада ширшасаны:
– Учитель, разные формы асан – это формы жизни или формы смерти?
Бобер ничего не ответил, лишь дал Львенку двипада ширшасану.
Однажды Белка спросила Бобра после карандавасаны:
– Учитель, этот мир бесконечно милостив или бесконечно жесток?
Бобер ничего не ответил, лишь в мосте сделал Белке захват не за пятки, а за лодыжки.
Наконец, Бобер собрал Львёнка, Белку, Бурундука и других зверей на свой семинар.
– Вы задали хорошие вопросы, но ответы на них вы должны найти сами, причем в триконасане, – сказал Бобер.
И он рассказал, откуда в триконасане должны расти руки.
“Именно оттуда, – сказал Бобер. – Из мула бандхи”.
А потом он провёл тайный обряд посвящения, включавший в себя чай с вишневым вареньем.
[/wptab]
[wptab name=’Капотасана сутра’]

Однажды Бобер по-доброму взглянул на Лисичку.
И тогда Лисичка спросила Бобра, есть ли книга, где написано, как делать капотасану.
– Есть. Почитай «Йога-сутры», – ответил Бобер.
На следующий день Лисичка поймала Бобра.
– В «Йога-сутрах» нет ни слова про капотасану! – возмутилась она.
– Наверное, плохой перевод, попробуй в другом переводе, – сказал Бобер.
Прочитав «Йога-сутры» во всех переводах, Лисичка на правах великого мученика постучалась в жилище Бобра.
Бобер открыл дверь.
– Нету капотасаны! Ни в одном переводе! – сообщила Лисичка.
– Хм, а в первой редакции было, – сказал Бобер, скрестив в домашних тапочках пальцы ног.
– Наверное, в более поздних редакциях вырезали, – добавил он.
– И что же мне делать? – спросила Лисичка.
– Почитай тогда «Бхагават-Гиту», – сказал ей Бобер.
На следующее занятие Лисичка приплыла темной тучей.
– Неужели и там про капотасану вырезали? – спросил Бобер.
– Да! – сказала Лисичка и разрыдалась.
Бобер хотел было посоветовать Лисичке все 18 томов «Махабхараты», но в его голове кто-то стал цитировать другой сакральный текст – статью «Жестокое обращение с животными» Уголовного кодекса. Причем голосом Ганеша.
Бобер смиренно почесал затылок.
– Остается только один вариант, – сказал он Лисичке, – почитай «Катха Упанишаду».
– В переводе Бориса Гребенщикова, – добавил Бобер, – там о капотасане очень доходчиво рассказывает Бог смерти Яма.
– Да, учитель,- сказала Лисичка.
Она не знала, что если бы не Ганеш, ей пришлось бы читать «Катха Упанишаду» в оригинале.
Зато Ганеш знал, что и там ей не встретится слово «капотасана». Но именно после этого придет понимание: для освоения асаны нужно перестать желать освоить ее. Ведь об этом говорилось и в «Йога-сутрах», и в «Бхагават-Гите».
На следующий день, когда подошла очередь капотасаны, Лисичка впервые улыбнулась.
– Выполняя капотасану, мудрые не грустят, – подмигнула она Бобру.
– Пусть даже у меня никогда не получится сделать ее самостоятельно, – сказала Лисичка.
– А самостоятельно и не надо. Надо с Божьей помощью, – сказал Бобер и на всякий случай взглянул на Ганеша. Тот посмотрел на Бобра с одобрением.
[/wptab]
[wptab name=’Генадил’]

Однажды Крокодил гулял по Старому Арбату и увидел на окнах слово «йога».
Крокодил задумался. Что-то в этом слове его останавливало. Но не остановило.
Он толкнул входную дверь.
В центре зала стоял Бобер и держал Зебру за бедра. «Контактный зоопарк», – решил Крокодил.
Бобер отпустил Зебру и подошел к новичку.
– Как зовут? – спросил Бобер.
– Геннадий, – сказал Крокодил.
– Проходи, Геннадий, – сказал Бобер.
– А что мне даст йога? – спросил Крокодил.
– Йога даст тебе коврик, – сказал Бобер.
– А коврик даст соседей по коврику, – добавил он.
– А что мне дадут соседи по коврику? – спросил Крокодил.
– В принципе, только они и будут тебя понимать, – ответил Бобер.
Крокодил задумался. Что-то в этих словах его останавливало. Но не остановило.
– И быстро я научусь йоге? – спросил он.
– Быстро, – сказал Бобер.
– Просто учти, что быстро – это медленно без перерыва, – добавил Бобер по-японски.
Бобер посмотрел на Муравья, который год мучился с мостами. На Льва, который десять лет шел к Двипада Ширшасане (и пока не дошел). На свою жену, которая не дрогнувшими руками смастерила табличку «Капотасана. Теперь и на Арбате».
Бобер похлопал Крокодила по плечу.
– В общем, рано или поздно научишься. Если рыба захочет – вода уступит, – сказал ему Бобер.
Крокодил осмотрелся. Со всех зверей лился пот (кроме разве что Кошечки, которая выполняла позу кошечки Шрёдингера). А на стене большими буквами было написано: «Если вам больно – значит, вы живы. Если не больно – это успех».
Крокодил задумался. Что-то в этих словах его останавливало. Но не остановило.
[/wptab]
[end_wptabset]