Дмитрий Барышников

Авторизованный преподаватель Аштанга Йоги.

Занимается йогой с 1999 года.

С 2007 года обучается у Шарата Джойса в KPJAYI (Mysore, India).

Летом 2012 и 2014 года прошел двухмесячный углубленный спец. курс для авторизованных преподавателей Аштанга Йоги с Шаратом в Майсоре.

Более 10 лет ведет ежедневную майсор-программу, открытую для всех уровней практикующих.


Как связаться: написать на почту 

"Йога - это шанс понять, что вообще происходит"

интервью с Дмитрием

- Дима, расскажи о своих студентах.

- Мои студенты - очень интересные, интеллигентные люди, умные и приятные в разговоре. Говорят, что студенты притягиваются к определенному преподавателю. Это не означает, что они мои клоны, нет. Просто есть определенный диапазон взгляда на мир, на вещи, на то, что такое йога. Многие студенты годами занимаются и развиваются вместе со мной. Поэтому у меня и нет выбора – приходится тоже развиваться и не отставать. Студенты растут, значит, я тоже должен расти - не ради статуса, а чтобы я мог лучше помогать в асанах.

- Расскажи о своих учителях. 

- Учитель, или Гуру, может быть только один. Шарат Р. Джойс – хранитель традиции Аштанги, который вполне однозначно говорит, ЧТО надо делать, а мы в меру своему ограниченного понимания стараемся это понять и применить в своей жизни и практике.


"Я тоже продолжаю учиться, постоянно находиться в «не знаю». Тогда какой-то шанс реального знания есть."


- Понятно, для чего на майсор приходят студенты, а чем майсор интерес преподавателю?

- Я могу видеть себя со стороны. И в целом я понимаю лучше себя в отражении других. В свое время Шарат так же объяснял, почему он продолжает тягать ежедневно сотни людей, хотя может ограничиться 50-тью и в удовольствие себе вести пару-тройку часов в день. Среди прочих причин была и такая: «Я продолжаю постоянно учиться», - сказал Шарат. Я тоже продолжаю учиться, постоянно находиться в «не знаю». Тогда какой-то шанс реального знания есть.


"Чем чаще студент появляется, тем больше отношений устанавливается. Я знаю, что человек делает, а он знает, что надо делать и что я хотел бы в плане практики, как она должна выглядеть. Вот это и есть отношения."


- У тебя достаточно много студентов, у всех разная практика, и ты помнишь практику каждого. Как это у тебя получается?

- Если я поеду с семинаром в другой город, я немножко растеряюсь. Потому что большинство людей там просто не знаю. Кроме того, что они практикуют Аштангу (скорее всего), я больше ничего знать не буду. Что они делают, какие у них трудности, какие типовые ошибки… Все это наваливается всем скопом, и единственный выход (так, по крайней мере, всегда делается) – это запускать студентов на майсор небольшими группами. Тогда я успеваю следить за тем, что у них происходит, и за несколько дней успеваю какую-то картину сложить.

А здесь, в Москве, я просто вижу людей месяцами и годами. И все типовые ошибки они уже успели исправить, у них остались по сути только трудности в последней позе и еще каких-то пару моментов, на которые нужно обращать внимание. Так что это вопрос длительных отношений. Это происходит день за днем, и чем чаще студент появляется, тем больше отношений устанавливается. Я знаю, что человек делает, а он знает, что надо делать и что я хотел бы в плане практики, как она должна выглядеть. Вот это и есть отношения.

- Заметно ли со стороны, когда человек начинает воспринимать практику не просто как физическую, но и как внутреннюю, как духовную? 

- Коротко: да. 

Всё меряется по себе. К примеру, на уровне асан я вижу тело студента, и проецирую то, как я делаю эту позу, на него. И поэтому правлю не по каким-то правилам (которые нередко противоречат друг другу), а исходя из представления, как делал бы эту асану сам: куда бы я тянул, к примеру, ногу и т.п. То есть, просто проецирую свой опыт.

То же самое и с тонкими вещами. Нет признаков, что вот духовность – это то-то и то-то.  Ты опять-таки меряешь по себе. Если ты сам был преданным студентом, ездил в Майсор, с Шаратом установил отношения как с учителем, пытался понять, чего он хочет от тебя, что это за практика, - то же самое ты увидишь в своих студентах. Если у тебя этого не было – ты этого не заметишь.

То, что ты не знаешь – ты не увидишь. 

- Через какое время практика начинает заметно воздействовать на человека?

- Сроки.. Хм.. Я скорее склоняюсь к тому, что их нет. Обычно все упирается не в количество дней и лет, а в регулярность практики. Далеко не все начинают заниматься сразу по 6 дней в неделю, как предписано традицией. 

Понятно, что вся эта интенсивность задумана не просто так -  именно она заставляет трансформироваться. Поэтому если ты не занимаешься 6 дней в неделю (с перерывом на дни полной и новой Луны и первые три дня месячных у женщин), то трансформация или будет растянута во времени, или будешь ковыряться на одном месте – шаг вперед, шаг назад.


"В этом как раз и особенность – что ничего особенного нет. Здесь все вещи естественные, базовые, самые не особенные."


- В чем особенность метода Аштанга йоги? 

- В этом как раз и особенность – что ничего особенного нет. Здесь все вещи естественные, базовые, самые не особенные.

Прежде всего это так называемая тристана – асана, дыхание и дришти. Берется дыхание, базовые его свойства, что делает вдох, что делает выдох, и как это влияет на тело. И потом на это накладываются формы асан и направление взгляда. Метод виньясы – это как раз о том, как асана выполняется вместе с дыханием.

Аштанга в целом достаточно сбалансирована – сила и гибкость, мужское и женское - именно потому, что основывается на самых простых и базовых вещах.

- Почему каждую асану в Аштанге принято фиксировать на 5 дыханий?

- Когда-то было и 8 дыханий. А потом британские ученые доказали, что 5 дыханий лучше. Шутка. Нет, просто при 8 дыханиях практика может занимать слишком много времени, особенно если человек выполняет не просто первую серию, а первую и кусочек второй, а раньше ученики Шри К. Паттабхи Джойса делали и вторую с третьей, и третью с четвертой. Получалось, что время практики было просто гигантским.

Когда Шарат говорит, что в свое время занимался по три-четыре часа, это впечатляет. В Майсоре тогда действительно экспериментировали – не разделяли серии, а делали всю первую и всю вторую, потом переходили к третьей. А сейчас есть разделение – исследовали, посмотрели, пришли к выводу, что так трансформация будет помягче. А то не все трансформируются куда нужно (смеется).

И то же самое дыхание. Во многих асанах трудно поддерживать ровное дыхание, и требуется приличная выносливость, чтобы находиться в них по 8 дыханий. В итоге остановились на 5 дыханиях, и это похоже на золотой стандарт, который держится уже долгое время.

Но в некоторых позах осталось большее количество дыханий. В основном это завершающие позы – Сарвангасана, Ширшасана, Падмасана. В них акценты немного другие, и в них можно поработать подольше.

- При пяти дыханиях практика укладывается в полтора-два часа, и обычный человек, у которого есть работа, семья, может заниматься.

- В том числе да. Не будем забывать, что первые ученики Паттабхи Джойса, которые приезжали в Майсор, чаще всего нигде не работали. А большинство людей все-таки работают, им надо успеть и позаниматься, и при этом не умереть, чтобы остались силы на что-то еще.

- Последний вопрос по традиции самый серьезный: что для тебя йога? 

- Хм… Для меня йога это шанс понять, что вообще происходит. И в этом мире, и внутри меня. Все эти большие вопросы: Что такое жизнь? Что такое смерть? Что такое этот мир? Все эти фильмы типа «Матрица»… Я вижу йогу как хоть какой-то шанс  сдвинуться в понимании этого. По крайней мере, ничего другого, что давало бы мне шанс куда-то двигаться, я не вижу. 

Беседовала Александра Белуза


 

Другие статьи и интервью:

Питерский взгляд на Барышникова и аштанга йогу [Анна Гурьева]
Любовь до почек или Аштанга с человеческим лицом [Юлия Тутаева]
99% практики и 1% шутки [Vegetarian.ru]
Искусство быть вдвоем [Yoga Journal]
Беседа с Дмитрием в Майсоре, Индия [Рахимбаева Санди]

И даже видео!